Глава тринадцатая
Таечкины сказки

грустная история про Бронтозавра и кое-что про страну Арифметику

Рррр не мог поверить своим глазам. Гора оказалась огромным животным. Туловище его было величиной, наверное, с башню, шея — как шпиль колокольни, а хвост и того длиннее.

Заметив путешественников, животное сунуло голову в воду и набрало полный рот водорослей. Жуя водоросли, животное молча глядело на путешественников и лило горючие слезы. Под ногами у него образовалось целое озеро, по которому плавала утка. Утка выглядела как-то старомодно. Да и все вокруг казалось старомодным. Солнце пылало ярче, чем надо, тут и там росли какие-то странные растения и высоченные папоротники, над головой летали неуклюжие зубастые птицы с причудливыми хвостами. Жара стояла такая, будто они попали в огромный парник.

— А почему он плачет? — спросил Рррр.

Бронтозавр — а это был именно он — проглотил остаток водорослей и сказал:

— Грустная у меня история. Если хотите, расскажу. Она не очень длинная.

Рррр тут же усомнился, что у такого ОЧЕНЬ большого Бронтозавра хоть что-нибудь может быть НЕ ОЧЕНЬ длинным.

— Веди себя хорошо, Рррр, — шепнул ему дядюшка Тик-Так, который сразу догадался, о чем подумал тигр.

— Можете звать меня просто Бронти, — сказало гигантское животное.

— А меня зовут дядюшка Тик-Так, — представился дядюшка Тик-Так. — Это Рррр, наш тигр, а это Фарфоровая Собачка и Рябая Курочка, еще есть Тучка-Невеличка, которая очень хорошо поливает дождем, только сейчас я почему-то ее не вижу.

— А вон радуга! — крикнул Рррр, показывая на реку.

— Великолепно! — сказал дядюшка Тик-Так. — Как жалко, что Тучка-Невеличка ее не видит.

— Кхе-кхе! — прочистил горло Бронтозавр. — Да, грустная история… — И он начал свой рассказ: «Когда-нибудь на свете будет жить миссис Плакса. Она очень полюбит плакать и будет плакать целый день и полночи.

Однажды, когда она будет плакать слишком долго, у ее ног наплачется озеро, и ей придется снять туфли и даже чулки. Но ей надоест стоять в воде, и она влезет на дерево и станет плакать на дереве. Это очень не понравится совам, которые будут жить в дупле, потому что от слез у них промокнут перья. Придется миссис Плаксе купить им сушилку, и совы встанут в очередь, чтобы высушиться. Вот какая история», — закончил Бронти.

— Так… так… а что же ты плачешь? — спросил Рррр.

— Потому что… — зарыдал еще громче Бронти, — потому что миссис Плакса родится когда-нибудь, лет через сто миллионов, и я ее не увижу. У-у-у-у-у-у-у-у-у-у-уп.

— Бедный Бронти! — пожалел его дядюшка Тик-Так. — У тебя БОЛЬШОЕ горе. Оно и естественно, у большого Бронтозавра — большое горе!

— Гав! — залаяла Фарфоровая Собачка. — Семь часов!

— Спасибо, Фарфоровая Собачка, — сказал дядюшка Тик-Так. — До свиданья, Бронти!

— До свиданья! — ответил Бронти.

Лодка поплыла дальше, но, даже когда она была совсем далеко, путешественники все еще видели, как Бронти грустно смотрит им вслед, время от времени опуская в воду голову, чтобы набрать полный рот водорослей, и жует их, вздрагивая от рыданий.

Но вот река сделала поворот, и Бронти совсем исчез из виду.

— Хорошо бы все-таки хоть чем-нибудь развеселить его, — сказал дядюшка Тик-Так.

— Может, дать ему нашу подзорную трубу, в нее он наверняка увидел бы миссис Плаксу, — предложил Рррр.

— Это идея! Беги назад, Рррр! Я положу подзорную трубу в футляр и перевяжу шнурком, тогда тебе удобнее будет нести ее. Придержи-ка здесь лапой, чтобы узел получился покрепче. Ну вот и готово.

Рррр схватил футляр с подзорной трубой, прыгнул на берег и помчался назад к Бронти.

Вернулся он через четверть часа, совсем запыхавшись.

— Знаешь, Тик-Так, Бронти так обрадовался! — сообщил Рррр. — Но мне пришлось перегрызть шнурок, а то футляр не открывался. Что это там?

Лодку несло течением к указательному знаку, который гласил:

В СТРАНУ АРИФМЕТИКУ

Именно гласил. Никакой надписи на нем не было. Это был говорящий Указательный знак.

— Эта дорога ведет в страну Арифметику, — гласил указательный знак. — Проходите и сами убедитесь, что ДВАЖДЫ ДВА — ЧЕТЫРЕ. Три минус два — один. Один да два — шесть.

— Вот и неверно! — сказал Рррр.

— А сколько же? — спросил Указательный знак.

Рррр долго считал на пальцах и наконец сказал:

— Э-э… хм… э-э…

Рядом с ним показалась лошадиная голова.

— Один да два будет три, — сказала она и тут же исчезла.

— Три! — выкрикнул Рррр.

— Три! — повторил Указательный знак. — Один да два будет три. Вот дорога в Арифметику!