Глава третья

Кошка, которая смотрела на короля

У Майкла болел зуб. Он лежал в постели и стонал, искоса поглядывая на Мэри Поппинс, которая сидела в кресле и перематывала шерсть. Джейн, примостясь рядом с ней на корточках, держала моток. Снизу, из сада, доносились крики Близнецов, которые играли там с Элен и Аннабелой.

В Детской было тихо и мирно. Часы самодовольно тикали, словно курица, которая только что снесла яйцо.

— И почему это зубы болят у меня, а не у Джейн? — пожаловался Майкл и поплотнее обмотал щеку шарфом Мэри Поппинс.

— Потому что ты вчера съел слишком много конфет! — строго заметила Мэри Поппинс.

— Да, но у меня был День Рождения! — возразил Майкл.

— Это вовсе не повод для того, чтобы забывать всякую меру! У меня почему-то не болят зубы после Дня Рождения!

Майкл бросил на нее сердитый взгляд. Ах, как ему порой хотелось, чтобы Мэри Поппинс не была уж таким Совершенством! Но сказать ей об этом он, естественно, не осмелился.

— Вот умру, — пригрозил он, — тогда пожалеете!

Но Мэри Поппинс лишь презрительно фыркнула и снова занялась шерстью.

Держась за щеку обеими руками, Майкл обвел взглядом Детскую. Все вокруг было знакомо. И лошадка-качалка, и пестрые обои, и красный потертый ковер выглядели словно старые добрые друзья.

Взгляд Майкла скользнул по каминной полке. Компас, Королевское Фарфоровое Блюдо, букет маргариток в банке из-под варенья, катушка от его старого змея и рулетка Мэри Поппинс. И там же стоял вчерашний подарок тетушки Флосси — белая фарфоровая кошечка, разрисованная синими и зелеными цветочками.

Она сидела, сложив лапки вместе и обернув их хвостом. Солнечный свет переливался на ее фарфоровой спине, а глаза ее таинственно глядели куда-то в дальний конец комнаты.

Майкл дружески улыбнулся ей. Он очень любил тетушку Флосси, и ему всегда нравились подарки, которые она дарила.

И тут зуб снова заныл.

— Ой! — вскрикнул Майкл. — У меня сейчас десна лопнет! — он жалобно взглянул на Мэри Поппинс. — И никому до этого нет дела! — добавил он с горечью.

Мэри Поппинс насмешливо улыбнулась.

— Не надо смотреть на меня так! — захныкал Майкл.

— С какой стати? Ведь даже Кошке позволено смотреть на Короля!

— Но я не Король! — сердито проворчал Майкл. — А вы, Мэри Поппинс, не Кошка!

Он надеялся, что она начнет с ним спорить, и он хоть на какое-то время забудет про зуб.

— Вы имеете в виду, что любая кошка может смотреть на Короля? И даже кошка Майкла? — спросила Джейн.

Мэри Поппинс подняла взгляд. Ее синие глаза встретились с зелеными глазами Кошки.

Некоторое время было тихо.

— Любая кошка! — подтвердила Мэри Поппинс наконец. — А эта Кошка тем более!

Улыбаясь про себя, она снова взяла клубок, и тут же что-то задвигалось на каминной полке. Фарфоровая Кошка пошевелила своими фарфоровыми усами, подняла голову и зевнула. Дети увидели ее блестящие острые зубы и длинный розовый язык. Почесав разрисованную цветами спину, она лениво потянулась. Затем, взмахнув хвостом, спрыгнула на пол.

— Пим! — мягко спружинили лапы о ковер.

— Му-р-р! — сказала Кошка.

Проходя мимо Мэри Поппинс, она едва заметно кивнула ей. После этого Кошка запрыгнула на подоконник и, взглянув на солнце, исчезла.

Майкл забыл о зубной боли и уставился на окно.

Джейн, раскрыв от удивления рот, уронила моток.

— Но… Но как? Почему? Куда? — выпалили они хором.

— К Королеве, — ответила Мэри Поппинс. — Она принимает каждую вторую пятницу. Джейн, прекрати таращиться! Майкл, закрой рот, не то простудишь свой зуб!

— Но я хочу знать, что происходит! — вскричал Майкл. — Она же фарфоровая! Ненастоящая! И вдруг — прыгает! Я сам видел!

— А зачем она пошла к Королеве? — спросила Джейн.

— Ловить мышей, — спокойно ответила Мэри Поппинс. — Да, и кроме того, так повелось.

Взгляд Мэри Поппинс устремился куда-то вдаль, руки, держащие клубок, опустились на колени.

Джейн предостерегающе посмотрела на Майкла. Он осторожно выбрался из кровати и подкрался к — креслу. Но Мэри Поппинс не обращала на него внимания. Она задумчиво смотрела на окно, словно что-то припоминая.

— Давным-давно, — не торопясь, начала она, как если бы читала книгу, — жил да был Король, который думал, что знает все на свете. Сосчитать невозможно, сколько он всего знал! Его голова была наполнена всевозможными цифрами и фактами, как гранат зернами! Вот из-за этого Король и стал ужасно рассеянным! Вы не поверите, но иногда он даже забывал собственное имя! А звали его Коль.

(Старый Король

По имени Коль

Повеселиться любил.

Послал он за кубком,

Послал он за трубкой

И скрипачей пригласил.

Скрипки играли,

Люди плясали!

Би-ли-ли, би-ли-ли, бил!

А музыканты

В лентах и бантах

Жарили, что было сил!)

К счастью, у Премьер-Министра память была очень хорошая, и он время от времени напоминал Королю его имя.

Больше всего на свете Король любил размышлять. Он думал ночью и думал днем. Думал за едой и даже когда принимал ванну. Он никогда не замечал, что творилось у него под самым носом, потому что все время был занят размышлениями о чем-то другом. Вы, наверное, решили, что он думал о своем народе и о том, как сделать его счастливым? Ничего подобного! Его занимали совсем другие вопросы. Например, сколько бабуинов живет в Индии, какой полюс больше — Северный или Южный, и можно ли научить свиней петь. Однако ему было мало, что он все время сам ломает голову над этими вещами! Он заставлял всех думать о них! Всех, кроме Премьер-Министра, который вовсе не был мыслящей личностью, а просто старичком, любящим посидеть на солнышке и чуть-чуть побездельничать. Правда, он старался, чтобы этого никто не заметил — ведь Король мог отрубить ему за это голову.