Глава восьмая

в которой играют в крокет у Королевы

У самого входа в сад рос высокий цветущий розовый куст. Розы на нем были белые, но возле куста суетились трое садовников и деловито красили их красной краской. Алиса не поверила своим глазам и решила подойти поближе, надеясь понять, что же там такое творится на самом деле.

– Эй, ты, Шестерка, осторожнее! Ты меня опять всего краской обляпал! – услышала она еще издалека.

– А что я сделаю, – мрачно отвечал Шестерка, – меня вон Семерка под руку толкает!

Семерка покосился на него и сказал:

– Молодец ты у нас! Правильно делаешь! Всегда вали с больной головы на здоровую!

– Насчет головы ты бы лучше помалкивал, – сказал Шестерка. – Я сам слыхал, Королева вчера говорила – по твоей голове давно топор плачет!

– А за что? – спросил первый садовник, тот, который начал разговор.

– Тебе-то, Двойка, какое дело? – сказал Семерка. – Тебя уж это никак не касается!

– Нет, это всех касается, – сказал Шестерка. – Зачем правду скрывать? Не ты, что ли, принес на господскую кухню хрен заместо редьки?

Семерка бросил свою кисть на землю и только было начал:

– Ну, знаешь, слыхал я напраслину, но такой… – как вдруг его взгляд упал на Алису, которая стояла рядом и внимательно слушала.

Он тут же замолчал; остальные тоже оглянулись на нее, и вся троица низко поклонилась.

– Скажите, пожалуйста, – несмело начала Алиса, – а почему вы красите эти розы?

Шестерка с Семеркой переглянулись и, как по команде, поглядели на Двойку.

– Тут, барышня, такая история вышла, – понизив голос, начал Двойка. – Велено нам было посадить розы, полагаются тут у нас красные, а мы, значит, маху дали – белые выросли. Понятное дело, если про то ее величество проведают – пропали, значит, наши головушки. Вот мы, это, и стараемся, значит, грех прикрыть, пока она не пришла, а то…

В это время Шестерка, то и дело тревожно озиравшийся, закричал:

– Королева! Королева!

И все трое пали ниц, то есть повалились на землю лицом вниз. Послышался мерный топот большой процессии, и Алиса тоже оглянулась – ей, конечно, ужасно захотелось поглядеть на Королеву.

Вскоре шествие показалось. Впереди по двое маршировали десять солдат с пиками; все они были очень похожи на садовников – такие же плоские и прямоугольные, руки и ноги у них росли по углам. За ними, тоже парами, шли придворные в пышных одеяниях; среди них было, видимо, немало Тузов, были и Шуты с бубенчиками, но все выступали прямо-таки козырем; за ними вприпрыжку бежали, резвясь (но тоже попарно), малютки Принцы и Принцессы, в костюмах, расшитых золотом; далее парами следовали гости – все больше Короли и Дамы разных мастей. Алиса узнала среди гостей Белого Кролика, хотя его было трудно узнать: он улыбался всем и каждому, суетился и что-то без умолку тараторил; Алису он не заметил. Далее шел Червонный Валет – он нес на алой бархатной подушке королевскую корону, – и, наконец, замыкали это грандиозное шествие ЧЕРВОННЫЙ КОРОЛЬ и ЧЕРВОННАЯ ДАМА, то есть КОРОЛЕВА.

У Алисы возникли некоторые сомнения: не нужно ли и ей, по примеру садовников, пасть ниц; но что-то никаких таких правил поведения во время шествий вспомнить она не могла.

«Да и вообще-то, – подумала она, – кому тогда будут нужны шествия, если все кругом будут лежать лицом вниз и ничего не увидят?»

И она решила просто постоять на месте.

Когда процессия поравнялась с ней, все вдруг остановились и с любопытством поглядели на Алису.

– Кто такая? – сердито спросила Королева у Червонного Валета.

Валет вместо ответа поклонился и улыбнулся.

– Болван! – бросила Королева, нетерпеливо тряхнув головой.

– Твое имя, девочка? – обратилась она к Алисе.

– Алиса, с позволения вашего величества! – весьма учтиво отвечала Алиса, а про себя сказала: «Подумаешь! Какая-то карточная королева! Нечего ее бояться!»

– А это кто такие? – спросила Королева, подбородком указав на трех садовников, которые все так и валялись под кустом. Ведь, как вы помните, они лежали лицевой стороной вниз, а рисунок рубашки был у них один и тот же – как и у всей колоды, – и, значит. Королева не могла сейчас их отличить ни от придворных Тузов, ни даже от своих собственных детей – Принцев и Принцесс.

– Откуда я знаю! – в тон Королеве ответила Алиса, в душе удивляясь собственной отваге. – Это не мое дело!

Королева побагровела от ярости; несколько секунд она, не в силах выговорить ни слова, только бросала на Алису испепеляющие взгляды, а потом завизжала во все горло:

– Отрубить ей голову! Отрубить ей!..

– Глупости! – очень громко, и решительно ответила Алиса, и Королева прикусила язычок.

Король робко взял ее за руку и сказал:

– Одумайся, дорогая, – это ведь маленькая девочка!

Королева с раздражением отвернулась от него.

– Перевернуть их! – приказала она Валету.

Валет осторожно, носком ноги, перевернул лежавших.

– Встать! – пронзительным голосом приказала Королева.



Разработано jtemplate модули Joomla