Сын вдовы
Таечкины сказки

Жила когда-то бедная-бедная вдова, и был у неё один-единственный сын, по имени Ларе. Из последних сил работала мать, чтобы вырастить своего сына. А когда минуло Ларсу шестнадцать лет, она сказала:

— Теперь, сынок, ты сам себе на хлеб зарабатывай. Иди ищи какую-нибудь работу, а я тебя кормить больше не могу.

И вот отправился Ларе по белу свету искать себе заработок.

Шёл он, шёл, и повстречался ему на дороге старик.

Старик спрашивает:

— Ты куда идёшь, парень?

— Иду работу искать. Хочу поступить к кому-нибудь в услужение.

— Поступай ко мне!

— Ладно, могу и к тебе. Для меня что к тебе, что к другому — всё равно.

— Ну так идём. Не пожалеешь.

И Ларе пошёл за стариком.

Кормил и поил его хозяин — лучше не надо. Работы от него никакой не требовал. Кажется, чем не хорошо? Только очень уж скучно. Ни один человек к хозяину не приходил. Живого голоса в доме у него не слышно. Собаки и то не видно.

Однажды хозяин собрался куда-то и говорит Ларсу:

— Я уезжаю на восемь дней. Ты один останешься в доме. Делай что хочешь, ходи куда хочешь, только не входи в те четыре комнаты, что на ключ заперты. А если войдёшь, сам на себя пеняй. Я вернусь и отрублю тебе голову.

Нет, нет, Ларе ни в чём не ослушается хозяина. Хозяин может на него положиться…

Старик уехал, а Ларе остался один. Несколько дней слонялся он без дела по дому, и такое вдруг одолело его любопытство, что он взял да открыл одну из четырёх запертых комнат.

Вошёл, огляделся по сторонам — комната совсем пустая, только над дверью, на полке, лежит ветка высохшего терновника.

“И чего это хозяин запретил мне сюда ходить? Тут и смотреть-то не на что,- подумал Ларе.- А таких прутьев я себе целый воз наломаю, если захочу”.

Через восемь дней хозяин вернулся. Не успел порога переступить, а уже спрашивает:

— Ты не ходил в запертые комнаты?

— Не ходил,- ответил Ларе.

— А вот я сейчас сам увижу, правду ли ты говоришь,- сказал хозяин и вошёл в ту самую комнату, которую открывал Ларе.- Ага, сразу видно, что ты здесь был! Ну, теперь прощайся с жизнью!

Ларе плакал и уверял, что всегда будет слушаться хозяина. И хозяин простил его. Но сначала хорошенько выпорол. Да не век же помнить плохое. Хозяин перестал сердиться, Ларе забыл о побоях, и они снова зажили добрыми друзьями.

Прошло время, и хозяин опять стал собираться в дорогу.

— Теперь меня не будет дома четырнадцать дней,- сказал он Ларсу.- Смотри же, не входи в те три комнаты, что заперты. А туда, где ты уже был, ходи, пожалуйста, сколько твоей душе угодно.

Ларе, конечно, пообещал делать всё так, как велит хозяин.

Но и в этот раз случилось то же, что и в прошлый.

Восемь дней ходил Ларе вокруг да около запертых дверей, а потом не выдержал и открыл замок одной комнаты. И эта комната была совсем пустая, только на полке, над дверью, лежал булыжник и стоял кувшин с водой. “Нашел что прятать!”-подумал Ларе. И снова запер комнату.

В положенный день вернулся хозяин.

— Не ходил в запертые комнаты? — спросил он сразу.

— Нет, не ходил,- сказал Ларе.

— Сейчас я это проверю,- сказал хозяин. Открыл дверь одной комнаты да как закричит: — Нет, теперь не жди пощады! Прощайся с жизнью, пришёл твой последний час!

Но Ларе так плакал, так плакал, что хозяин наконец смягчился: жизнь подарил, а избить — избил. Живого места на Ларсе не оставил. А когда раны его зажили и гнев хозяина поутих, всё пошло по-старому.

И вот снова собрался хозяин из дому.

— Я уезжаю на двадцать дней,- сказал он Ларсу.- Если ты войдёшь в третью комнату, не надейся остаться в живых.

Сказал — и уехал.

Четырнадцать дней терпел Ларе, а потом не выдержал и приоткрыл дверь третьей комнаты. Тут уж совсем ничего не хранилось, даже булыжника. И только посреди комнаты в полу была небольшая дверка, вроде как в погреб. Взялся Ларе за ручку и приподнял эту дверку. Заглянул в подполье, видит: там стоит большой медный котёл и в нём что-то бурлит. А огня нигде нет.

“Что бы в этом котле могло быть?” — подумал Ларе и сунул в котёл палец.

Вынул палец, а он весь позолочен.

Что делать? Хозяин и раньше узнавал, что Ларе ходил в запертые комнаты, а теперь и подавно узнает. Как Ларе ни тёр свой палец — и песком, и щёлоком,- а позолота всё равно не сходила.

Тогда Ларе обвязал палец тряпочкой и стал ждать своей участи.