«Управляющий» домом

Джан теперь минуты не мог прожить без Семена Гавриловича.

Вскоре он сам включил в круг своих обязанностей заботу и мелочную опеку надо всем, что, по его разумению, относилось к хозяину, а следовательно, и к нему самому.

Он по-хозяйски присматривал за всем домом, вещами и за всеми проживавшими в доме. И не только охранял, но устанавливал в домашнем быту и на работе свой собственный порядок. За это домашние и сослуживцы Семена Гавриловича начали величать его «Управдомом» и «Комендантом».

С детства Джан не выносил крика, ссор, повышенного тона. Ссоры его бывшей хозяйки с мужем всегда оканчивались побоями ни в чем не повинного щенка. Всякий крик Джан обычно встречал рычанием и лаем и немало вынес в прошлом за это побоев. Теперь же, чувствуя за собой правоту и поддержку могущественного своего покровителя, Джан немедленно появлялся при нарушении тишины и порядка и одним своим грозным видом сразу унимал скандалистов.

Вешать белье на веревку он разрешал всем домашним, но снимать его позволялось только хозяину. Ему, впрочем, позволялось все на свете. Нине же Александровне пришлось выдержать несколько тяжелых столкновений, пока новый «управдом» не согласился предоставить и ей это право.

Со всеми остальными обитателями сердюковской дачи и ближайшими соседями Джан вел настоящую войну.

Соседка-прачка теперь брала стирать и крахмалить белые кители Семена Гавриловича с обязательной оговоркой: «Если этот черт косматый не навяжется».

Обнаружив у нее во дворе хозяйское имущество, пес бесстрашно врывался «во вражеское расположение» и уволакивал домой отбитые трофеи.

Вскоре после тою, как Джан появился в семье Сердюковых, в мире произошли величайшие события. От этих событий зависели судьбы народов, и в жизнь каждого маленького человека они также вносили большие перемены. Война была победоносно закончена. Семьи снова собирались у домашних очагов, и вся страна переходила к мирному восстановительному труду.

Дети, в первые месяцы войны уехавшие от родителей в эвакуацию, почти взрослыми людьми возвращались домой.

В семье Сердюковых были отпразднованы сразу три торжества.

Их дочка Лида окончила медицинский институт и уже работала в госпитале. Возвращалась домой она не одна — муж ее, молодой военный врач, находился за границей в длительной командировке, но с Лидой приехал еще один, совсем новый, член семьи — крошечная Лариска.

Так, задним числом, отметили сразу окончание вуза, свадьбу и рождение внучки.

Джан был очень недоволен таким нашествием родственников. С тревогой и подозрением следил он за выражениями семейной радости. Он решительно не допускал никаких объятий и ласк этой, неизвестной ему, дочери. Пусть она кидается, сколько ей угодно, на мать, но не на его сокровище!.. Аррр-рр!..

Лиду сначала это очень смешило, потом возмутило. Она обиделась, попробовала воевать и даже поплакала от досады, но… с Джаном нельзя было не посчитаться. И она уступила.

Зато Лариска совершенно неожиданно нашла в Джане верного друга. С чисто собачьей чуткостью Джан — первый во всем доме — разобрался в чувствах хозяина и, оценив, насколько дорога ему маленькая внучка, распространил на малютку свои заботы и попечение.

Он дошел до того, что оберегал ее от матери и бабушки, сторожил ее колыбельку и недовольно бурчал, когда кто-нибудь, кроме него и хозяина, осмеливался просовывать нос под кисейные занавески коляски.

Как это обычно бывает с собаками, вместе с обожанием в Джане выросла уверенность в том, что его хозяин не только самое лучшее, но и самое могущественное существо во всем мире.

Нужно было видеть, с какой гордостью и торжеством он выступал с ним рядом!

 

* * *

 

На общем собрании инвалиды единогласно выбрали Семена Гавриловича председателем профессиональной организации, и он принялся деятельно помогать рождению следующих цехов предприятия.

Вскоре вырос и заработал новый цех, где изготовляли блокноты, записные книжки, тетради, альбомы для рисования. Множество необходимых и полезных вещей изготовлялось руками инвалидов в этом цехе из остатков и обрывков бумаги.

Металлический цех начал вырабатывать скрепки, кнопки, булавки и другие изделия. Для этого использовалась металлическая стружка, а также отходы различных производств.

Вслед за этими тремя цехами и наждачный цех включился в производство.

Отделы Всероссийского общества слепых, пока они не окрепли, получали щедрую помощь от государства, и во всех городах началась работа по устройству труда и быта инвалидов.

Коллектив получил разнообразные станки и машины для высекания и штампования картонных коробочек, стаканчиков, различной посуды и упаковки из картона, из бумажной массы, из стружек, пластмассы и щепы. Станочки для производства сумок из кожи, дерматина и различных подделок под кожу, машинки для штампования кнопок, скрепок, футляров и множества всяких изделий.