Глава 16

— Скверный мальчишка, где ты пропадал? — сказал бакалейщик Блюмквист. — И что ты такое натворил? Опять окно разбил?

Тысячу раз выходил бакалейщик на крыльцо, высматривая свое чадо. Наконец он увидел его на перекрестке вместе с Андерсом и Евой-Лоттой, выскочил на улицу и крепко взял Калле за руку.

— Папочка, пусти! — крикнул Калле. — Мне сейчас же нужно в полицию.

— Знаю. Полиция у нас в саду и дожидается тебя. Это тебе даром не пройдет!

Почему полиция его дожидалась, Калле понять не мог. Но достаточно уже было и того, что она его дожидалась. Калле побежал в сад, как никогда еще в жизни не бегал. Андерс и Ева-Лотта мчались за ним.

На зеленой перекладине качелей сидел Бьорк, дай бог ему здоровья, а с ним — два других полицейских.

— Арестуйте их, арестуйте! — дико закричал Калле. — Скорее, скорее!

Бьорк и двое других вскочили.

— Где? Кого?

— Воров! — Калле был так взволнован, что едва мог говорить. — Они только что уехали на машине. Ой, скорее же!

Ему не пришлось повторять два раза. На глазах у ошеломленного бакалейщика Калле и его друзей усадили в полицейскую машину и увезли под охраной троих полисменов. Он схватился за голову. Сын попал под арест, и в такие молодые годы, какой кошмар! Одно лишь утешало Блюмквиста-старшего: булочникова девчонка, видно, ничуть не лучше, да и сапожников парень такой же!

Полицейская машина мчалась на север с такой быстротой, что благонравные горожане только осуждающе качали головами. Калле, Андерс и Ева-Лотта сидели на заднем сиденье вместе с комиссаром Стенбергом. На поворотах их швыряло то в одну сторону, то в другую. Ева-Лотта удивлялась про себя: сколько можно перенести в один и тот же день и не упасть в обморок! Калле и Андерс трещали наперебой, пока комиссар не сказал, что предпочитает слушать их по очереди. Калле неистово жестикулировал и орал не своим голосом:

— Один — бледный, другой — противный, а третий — дядя Эйнар, но Бледный даже еще противнее, чем Противный, и дядя Эйнар тоже противный.

Комиссар слегка растерялся.

— Бледный себя называет Ивар Редиг, но его, кажется, зовут Артур, а того противного они зовут Кривоносый, но его, наверное, зовут Крук, а дядю Эйнара зовут Линдебергом и Бране, и он спит с пистолетом под подушкой, и закопал драгоценности под лестницей в развалинах, а когда я снимал отпечаток пальца, то цветок упал, как назло, представляете, и он на меня тогда с пистолетом, а потом я сидел на дереве и слышал, как Кривоносый и Редиг грозили ему смертью, и потом они его связали в подземелье в развалинах, потому что он сдуру туда с ними пошел, а драгоценностей уже там не было, потому что мы их спрятали на чердаке, вот, а теперь они их, наверное, забрали, так жалко, потому что они заперли нас в подземелье, и до чего же там много всяких переходов, но мы выбрались оттуда, вот, теперь вы все знаете, дядя комиссар, только езжайте скорей, скорей!

Судя по выражению лица дяди комиссара, нельзя было сказать, что теперь он все знает, но он считал, что выяснением подробностей можно будет заняться потом.

Полицейский взглянул на спидометр. Сто километров в час. Еще увеличить скорость он не решался, хотя Калле считал, что они едут слишком медленно.

— Здесь развилок, куда свернем — налево или направо?

Полицейский так резко затормозил, что машину занесло в сторону.

Андерс, Калле и Ева-Лотта кусали пальцы от нетерпения.

— Досадно! — заметил комиссар. — Бьорк, вы здесь дороги знаете: по какой они могли поехать?

— Трудно сказать. Но, по какой бы ни поехали, они все равно выберутся на большое шоссе, которое ведет к границе.

— Минуточку, — сказал Калле, вылезая из машины.

Он вынул из кармана записную книжку и прошел на левую дорогу, внимательно рассматривая землю.

— Они поехали по этой! — закричал Калле возбужденно.

Бьорк и комиссар тоже вышли.

— Откуда ты знаешь? — спросил комиссар.

— Знаю. У них новая покрышка на правом заднем, я срисовал узор. Посмотрите! — Он показал ясный отпечаток на дороге. — Точно такой же!

— А ты парень смышленый! — сказал комиссар, когда они бежали к машине.

— Азбука сыскного дела, — важно отозвался знаменитый сыщик Блюмквист. Но тут же вспомнил, что еще совсем недавно хотел быть обыкновенным Калле, и скромно добавил: — Просто мне как-то в голову пришло…

Они мчались дальше с головокружительной скоростью. Все молчали, пристально глядя вперед. Поворот… Машина заскользила.

— Смотрите! — крикнул Бьорк.

В ста метрах впереди виднелся автомобиль.

— Это они, — заверил Калле. — Черный «вольво»!