Печать

Урфин за всем наблюдал и все замечал.

Приключения менвитов с Черными камнями Гингемы казались ему неоконченными, нет-нет да снова возвращался он к ним в мыслях. И вот однажды Урфин отправился к Великой пустыне. Он не боялся магической силы Черных камней. Когда-то он был помощником злой колдуньи Гингемы, и поэтому на него не действовали их волшебные свойства.

С собою Джюс взял пилу, скорее, по привычке, — единственно, чтобы иметь какой-то инструмент под рукой. Не тут-то было. И дело не в огромных размерах каменных исполинов. Пилою камень не распилишь, тем более волшебный. Пила не оставила на нем даже царапины. Урфин взобрался на черное творение Гингемы и уселся поудобней. Он вспоминал одно за другим действия колдуньи. Как ни силился знаменитый огородник, ни одного зловещего заклинания не приходило на ум, все зелья позабылись. Да и зло злом не разрушишь, Внезапно его осенила великолепная мысль: «А что, если развести костер и подогреть этот камешек? Все колдовство начинается с огня»,

Так он и сделал. Притащил на тачке вязанки дров, разложил гигантский костер, на центр которого пришелся Черный камень.

Костер разгорелся на славу. Языки пламени целиком объяли исполина, разогревая его больше и больше.

Вдруг надпись «Гингема» оплавилась и начала пропадать. Урфин не на шутку испугался: что, если он перестарался и все волшебство колдуньи сейчас испарится? Как угорелый помчался он за ключевой водой, а потом принялся бегать вокруг камня, выплескивая на него содержимое ведер и бочонка. Черный исполин весь загудел, напрягся и рухнул, рассыпался на мелкие кусочки. Но что самое удивительное — на каждом кусочке красовалась надпись «Гингема». Урфин несказанно обрадовался. Лучшего нечего было и желать. В несколько рейсов перевез он кусочки развалившегося волшебного камня к своему дому.

С тех пор он искал случая воспользоваться заколдованными обломками.

Джюс весело катил тачку с овощами по лесной тропинке. Огурцы, клубника, орехи радовали своим видом даже искушенное огородной премудростью сердце. Если бы не дума, тяжелым грузом лежавшая на душе Урфина.

«Как забрать изумруды у предводителя менвитов? — гадал он. — Ведь у него накопилось столько, что можно помочь освободить целый народ — арзаков на далекой Рамерии».

Размышляя, Джюс вспомнил листок, который похитила у Баан-Ну ворона. Кагги-Карр полагала тогда, что перехватила план важной военной операции. Когда же Ильсор прояснил текст, все оказалось забавным: и генерал, и его выдуманные приключения. Сочинения вояки-фантазера не вызвали интереса, забылись, а Джюс запомнил, что генерал любит приключения.

— Ну что же, — думал огородник, — надо устроить Баан-Ну приключение с камнями Гингемы.

Как ни мелки были волшебные обломки, все же каждый не меньше булыжника, а как такой незаметно вручишь Главному менвиту? Если же булыжник оставить где-нибудь в сторонке, генерал не обратит на него никакого внимания. Камень ничем, кроме надписи, внешне не примечателен.

В замок-то подарок Гингемы можно доставить вместе с овощами, задача нетрудная. Но что дальше?

Не единожды пришлось Урфину покатать тачку от своего огорода до замка и обратно, прежде чем у него созрел план действий.

Как-то на кухне он услышал от повара-распорядителя, который переговаривался с часовым, что генерал накопил гигантскую коллекцию изумрудов. К тому времени Джюс мог кое-как объясняться на языке менвитов, а о чем они говорили между собой, понимал достаточно хорошо.

— Возможно, ваш генерал богат, — пробормотал Джюс как бы про себя, — но вряд ли его коллекция может сравниться с сокровищами из тайника Гуррикапа.

 


 

— А где эти сокровища? — немедленно заинтересовался повар.

— Да здесь, у вас, — объяснил Джюс, — тайник в замке, но тщательно замаскирован. Никто не знает его местонахождения.

— А ты откуда знаешь?

— Мудрый странник прочитал в одной старой книге.

С того часа повар-распорядитель и часовой, вооружившись металлическими палками, бродили по замку, обстукивали стены и пол, тщетно пытаясь найти тайник.

В одно прекрасное время стук привлек внимание Баан-Ну. Повара сразу же доставили к генералу. На допросе бедняга сознался, что разыскивал тайник.

— Ты веришь в эти басни? — усмехнулся Баан-Ну, но мысль о сокровищах крепко засела в его голове, и он захотел сам поговорить с огородником. Такой случай вскоре представился. Генерал подкараулил Урфина, когда тот вновь привез в замок овощи и фрукты, и затащил его в свой кабинет.

— Что тебе известно о тайнике Гуррикапа? Где его искать? — нетерпеливо спрашивал он.

Урфин ждал вопросов.

— Знаю только, что тайник находится в одной из башен замка, — отвечал огородник — замурован камнем с надписью «Гингема». Но Гуррикап мог заколдовать сокровища. Как бы там ни было, никто в нашей стране никогда не пытался искать их.

«Жалкие трусы! Впрочем, это даже хорошо. Я сам овладею всеми сокровищами», — подумал Баан-Ну, а вслух сказал:

— Урфин, попрошу тебя больше никому не говорить об этом.

Чтобы облегчить генералу поиски, Джюс заменил несколько старых обветшалых камней на более крепкие с надписью «Гингема». План, который придумал Урфин, чтобы отнять изумруды у предводителя менвитов, походил на рыбную ловлю несколькими удочками, отстоящими далеко друг от друга.

На следующее утро огородник оставил на кухне принесенные им плоды, а затем, прошмыгнув мимо часового, обошел свои камни-удочки. В одном из темных закоулков замка он увидел то, что предвидел наперед: генерал корчился в неестественной позе, рядом с ним стоял подсвечник. Свеча успела сплавиться только на четверть: значит, Баан-Ну угодил в ловушку недавно. Он молча силился оторвать руку от камня, но не мог. Страх и жадность боролись в его душе. Страх говорил: «Зови на помощь, самому тебе не вырваться», а жадность шептала: «Позовешь на помощь, придется сокровища поделить. Лучше поднатужься и освободись сам».

Пока страх не одолел жадность, Урфин бросился в кабинет генерала, отыскал ключи от сейфа и мигом пересыпал содержимое шкатулок в мешок. Шкатулки он наполнил булыжниками. В путь к дому огородник пустился с тяжелой тачкой, но везти ее было легко — в руках Урфина оказались средства, способные освободить целый народ.

Припрятав изумруды, Джюс поспешил снова в замок, громко громыхая тачкой. Свеча успела погаснуть, но Баан-Ну еще молчал, не теряя надежды вырваться. Заслышав шум тачки, главный менвит окликнул огородника. Урфин пришел и помог генералу освободиться от камня. Пока Баан-Ну приходил в себя в своем кабинете, Урфин заменил камни Гингемы на обычные.

Но еще долго по замку тайно друг от друга бродили генерал и повар-распорядитель, разыскивая тайник Гуррикапа. Баан-Ну никак не мог вспомнить то место, где неведомая сила, исходившая от камня с надписью «Гингема», продержала его несколько часов.