Березка и звезда

— Тогда ты тоже знаешь, — сказал мальчик, — что в мире свершались еще более великие чудеса, чем чудо, что мы ожидаем. Когда три мудреца шли ночью в Вифлеем, их вела путеводная звезда. Она ведет и нас, только нужно верить в нее.

— Да, это так, — ответила девочка, привыкшая всегда и во всем соглашаться с братом.

И они, исполненные веры, весело шли вперед.

И вот пришли они однажды вечером к одинокому хутору. Шел второй год их странствий. Дело было вечером в праздник Троицы, в конце мая, когда первая летняя листва начинает распускаться на деревьях. Войдя через калитку во двор, увидели они высокую березу с пышной кроной и нежными листьями, а сквозь светло-зеленую листву светила в тот полупризрачный вечер сияющая вечерняя звезда.

Было уже по-летнему светло, так что лишь одна-единственная звезда виднелась на своде небес, звезда — самая большая и самая ясная среди всех.

— Это наша Березка! — тут же воскликнул мальчик.

— Это наша Звезда! — тотчас же подхватила девочка.

И оба бросились друг другу на шею и, проливая потоки радостных слез, возблагодарили Бога.

— Вот конюшня, куда батюшка обычно заводил наших лошадей, — вспомнил мальчик.

— А я узнаю колодец, где матушка всегда поила наших коров, — сказала девочка.

— Смотри, под березкой — два маленьких креста, что бы это значило? — в раздумье спросил мальчик.

— Мне так боязно идти в горницу, — призналась девочка. — Подумать только, что если батюшки и матушки больше нет в живых или же они нас не узнают! Ступай первым ты, братец!

— Давай сперва послушаем у дверей, — предложил мальчик.

Сердце его так сильно билось…

В горнице сидел немолодой человек с женой. Вообще-то стар ни один из них не был, но горести и нужда безвременно избороздили морщинами их лица.

Муж сказал жене:

— Да, нынче Троица! В этот день Бог посылает утешение скорбящему сердцу; но нам никакое утешение не явится. Все наши четверо детей покинули нас; двое спят вечным сном под березкой, а двое уведены в плен во вражью страну и наверняка никогда больше к нам не вернутся. Тяжко быть одинокими в старости.

Жена возразила ему:

— Разве Бог не всемогущ и не бесконечно добр? Он, что вывел детей Израиля из рабства, может, верно, отдать нам наших детей, коли сочтет это нужным. Сколько было бы теперь нашим младшеньким, коли б они остались в живых?

Отец ответил:

— Мальчику было бы ныне шестнадцать, а девочке — пятнадцать лет. Ах, разве мы не заслужили такое благословение Господне, чтобы снова вернуть наших дорогих деток!

Он еще продолжал говорить, как дверь вдруг отворилась, и в горницу вошли мальчик и девочка. Они сказались пришлыми из дальних стран и попросили кусочек хлеба.

— Подойдите ближе, дети, — позвал их отец, и оставайтесь у нас ночевать. Ах, такими же большими наверняка были бы и наши дети, будь нам дано их сохранить!

— Посмотри, — сказала жена, — как пригожи эти дети! Ах, такими же пригожими были бы и наши дети, останься они в живых!

И оба родителя горько заплакали. Тут дети больше не выдержали и со слезами на глазах упали в объятия своих отца и матери, воскликнув:

— Разве вы не узнаете нас?! Ведь мы — ваши дорогие дети, и Бог чудесным образом привел нас обратно из чужеземной страны!

И родители обняли их с такой невыразимой любовью и пали на колени рядом с детьми, дабы возблагодарить Господа; ведь в вечер праздника самой Троицы Он подарил им всем столь великое утешение. Затем детям пришлось рассказать о своей судьбе, а родители поведали им о своей. И хотя с обеих сторон было много горя, казалось, что все ныне забыто и сменилось радостью. Отец пытался прощупать мускулы сына, радуясь, что они так по-мужски крепки, а мать гладила каштановые волосы дочери и чуть не сотню раз целовала ее цветущие щечки.

— Да, — молвила с детской радостью матушка, — ведь когда две незнакомые птички так весело пели нынче на березке, я могла бы догадаться: что-то случится…

— Этих птичек я хорошо знаю, — сказала девочка. — Это два ангела в птичьем оперении, которые всю дорогу, пока мы шли, летели впереди, ведя нас за собой, и теперь вместе с нами радуются, что мы отыскали наш дом.

— Идем, давай еще раз поздороваемся с березкой и звездой! — позвал девочку брат. — Видишь, сестрица, там, под березкой, спят наши старшие брат с сестрой. Коли б это мы спали там под зеленой кочкой, а наши брат и сестра стояли бы здесь, на нашем месте, и смотрели бы на нашу могилу, кем были бы мы тогда?

— Тогда вы были бы ангелами Божьими в небе, — нежно молвила их матушка.

— Теперь я знаю, — ответила девочка. — Ангелы в птичьем оперении, что сопровождали нас всю дорогу и нынче, сидя на березке, возвестили о нашем возвращении, были наши брат и сестра, которые спят в этой могилке. Это они постоянно твердили нам в нашем сердце: «Идите домой! Идите домой! Утешьте батюшку с матушкой!» Это они указывали нам путь на диких безлюдных пустошах, чтобы мы не умерли с голоду, они готовили нам постели из мха, чтобы мы не замерзли, это они на бурных реках посылали нам лодки, чтобы мы не утонули… И они же нам подсказали: это — та самая березка, которую мы ищем и та же самая звезда — одна среди многих тысяч… Ибо Бог избрал их и послал нас охранять. Благодарим вас, братец и сестрица! Благодарим тебя, добрый Боже!

— Да, — согласился с ней мальчик и продолжил: — Смотрите, как ясно светит кроткая небесная звезда сквозь березовую листву! Отныне мы нашли свой дом; мы больше никуда не пойдем, сестрица!

— Дорогие дети, — сказал на это отец, — жизнь человеческая на земле — постоянное странствие к вечной цели. Идите всегда вперед, и пусть Бог живет в вашем сердце, а вечная цель да пребудет пред вашим взором. Вы шли вместе с ангелами, указующими вам путь, — и да указуют они вам путь и впредь! Вы шли в поисках березки, — она означала ваше отечество! Да пребудет отечество целью вашей любви и вашего труда, пока вы живы! Вы шли в поисках звезды — она означает вечную жизнь. Да светит она вам всю вашу жизнь!

— Аминь, да свершатся твои слова! — молвили, скрестив руки, дети в один голос с матушкой.