Медведи

Еще в раннем детстве моем я слышал много рассказов о медведях, которые когда-то водились в наших смоленских лесах. Отец рассказывал мне, что на его памяти по деревням, по сельским ярмаркам цыгане водили на цепи ученых медведей. Собравшиеся люди смотрели на медвежьи проделки.

- Как деревенские ребята горох воруют? - говорил медведю цыган. - Как бабы в бане вениками парятся?

Послушный медведь выполнял приказания своего хозяина, на великую потеху зрителям. Водить медведей запретила полиция. Их пугались лошади, и происходили нередко несчастья.

Я только два раза видел ученых медведей. Такого медведя один раз видел далеко от России. Я плавал матросом на пароходе "Королева Ольга". Мы заходили в турецкие, сирийские, греческие и египетские порты. В Бейруте, помню, я сидел в дешевом уличном кафе. В это кафе цыгане привели ученого медведя, расстелили на земле ковер, и он стал показывать разные смешные штуки. В последний раз я увидел ручного медведя в Петрограде, на Невском проспекте, недалеко от Пассажа и Садовой улицы. Цыгане вели его на цепи, продетой в ноздри. Бедный медведь тыкался носом в каждое углубление, стараясь спрятаться от людей. Это было в самом начале нэпа, когда в России воскресали забытые обычаи и развлечения.

Деревенские рассказы о медведях, которые я слышал в детстве, были смешные. Рассказывали, помню, о мужике, в ночное время ходившем в лес искать заблудившихся лошадей. Идя по лесной тропинке, он услышал лошадиный топот, забрался на сук дерева в надежде спрыгнуть на спину задней лошади и пригнать лошадей в деревню. Вместо лошади он угодил на спину медведя, гнавшегося за лошадьми. И медведь и мужик очень испугались. С ними приключилась медвежья болезнь.

Еще я слышал рассказ о некоем попе, который объезжал на лошади свой приход. В лесу на попову лошадь набросился из кустов медведь, лошадь дернула, неуклюжий мишка промахнулся и попал в телегу, в которой сидел поп. Перепуганный поп свалился с телеги, а лошадь понесла оставшегося в ней медведя через большое деревенское кладбище. Стараясь удержаться, медведь хватался за могильные кресты. Ему удалось вырвать из земли один старый крест. Медведя, державшего в лапах крест, лошадь вынесла на деревенскую улицу. Видя медведя с крестом, бабы набожно со страхом крестились.

Разумеется, таким рассказам нельзя верить. Но мне рассказывали, что повадившихся на лесные пчелиные пасеки медведей ловили таким образом: хозяин пасеки ставил возле ульев корыто, наливал в него четвертную водки (известно, что медведи очень любят водку). Появившийся на пасеке медведь выпивал всю водку из корыта и пьяный возле него засыпал. Утром из деревни приходили мужики и связывали пьяного медведя. Не знаю, верить или не верить такому рассказу, но он немного похож на правду.

Говаривали, помню, о "Сморгонской академии", находившейся где-то в белорусских лесах под Сморгонью. Пойманных медведей учили там ходить на задних лапах. Для этого задние лапы медведя обували в лыковые лапти, ставили его на горячую печь. Обжигая передние, необутые лапы, медведь волей-неволей стоял прямо, по-человечьи. О неловких, неуклюжих людях, помню, бывало, говаривали так: "Сморгонскую академию окончил".

Охотиться на медведей мне пришлось несколько раз. Двух медведей я застрелил под Ленинградом в Кингисеппском районе.

Уже после войны мне еще раз довелось побывать на медвежьей охоте в том же Кингисеппском районе. Нас было много стрелков, и на жеребьевке мне достался лучший номер на медвежьей пяте, на его входном следу. В загон пошли неопытные люди, не вовремя стронули медведя, он вышел на край охотничьей цепи на совсем неопытного стрелка - моего зятя. Я услышал пять выстрелов, сделанных из автоматического ружья. Выждав время, я сошел с номера и направился к месту, откуда слышались выстрелы. Меня радостно встретил зять, одетый в солдатский полушубок. Признаться, я не поверил, что это он убил лежавшего в снегу медведя. Зять никогда не бывал ни на какой охоте, и это была его первая добыча. С этим убитым медведем уже в Ленинграде произошла занятная история. По правилам общественной охоты стрелку, убившему зверя, предоставляется право выбирать лучший кусок мяса. Неопытный в охоте зять подошел ко мне и стал спрашивать, какую часть медвежьего мяса ему надо брать. Я сказал, что нужно взять заднюю ногу. Разумеется, я имел в виду медвежий окорок, но мой зять вместо окорока взял облупленную заднюю лапу медведя, очень похожую на человеческую ногу. Приехав в Ленинград, мы не знали, что делать с медвежьей ногой. Жена положила лапу в продуктовую сумку и отправилась в мясную лавку, просить знакомого мясника разрубить твердую кость. Кто-то в очереди заметил в сумке жены лапу медведя, подошел к ней и сказал, что позовет милицию, чтобы проверить, откуда она взяла человеческую ободранную ногу. Над слишком дотошливым человеком посмеялись, и жена благополучно вернулась домой.

Кроме медведей, убитых из-под собаки, мне приходилось охотиться на медведей на овсах. Эта охота производится летом в таких местах, где медведь выходит в вечерний час есть поспевающий в поле овес. Обычно это бывает на небольших лесных засеянных овсом вырубках. Выходящих на овес медведей охотники поджидают, сидя на устроенном подле овса на высоком дереве лабазе. Вечером я сидел на таком лабазе и услышал подходивших близко к овсу медведей. Удачной охоте помешал громкий храп моего спутника Васи, заснувшего на другом краю овсяного поля на копне сена. Заслышав человеческий храп, медведи притихли, и я не слышал, как они ушли.

Охотятся на медведей еще на задранной медведем скотине. Возле туши скотины на дереве устраивают лабаз, и охотник караулит медведя. На такой охоте мне никогда не приходилось бывать.

Как-то из знакомых лесных мест Смоленской области зимой пришла короткая телеграмма: "Нашли медведя Приезжай". Несмотря на дальнее расстояние, не теряя времени, я быстро собрался, отправился в путь. Медведицу с маленьким медвежонком подняли из берлоги ходившие на охоту по белкам ребята. Они увидели, как выскочила из берлоги медведица и убежала в лес. В берлоге остался маленький, только что родившийся медвежонок. Люди, ходившие проверять берлогу, увидели по следам, что медведица возвращалась к покинутому, замерзшему медвежонку, перенесла его на другое место и трогательно похоронила в глубоком снегу. Мы долго гонялись за этой медведицей, уходившей от нас по лесным дорогам, но так и не могли ее обложить.

 










РЕКЛАМА

Загрузка...