фото
фон

Каменный ураган


Между высоченных скал-башен по крутым широким лощинам стекают вниз каменные реки — курумы. Издали они похожи на подтёки сырости на горной стене. А вблизи это мёртвое царство нагромождённых камней. Булыжная мостовая, вставшая на дыбы.

Тишина и покой. Изредка ящерка прошуршит. Лениво просвистит синий каменный дрозд. Осторожно пройдёт где-то вверху горный козёл. Его — серого на сером! — не разглядишь: просто посыплются сверху сдвинутые копытами звонкие плиточки щебня.

Посвистит ветер в тёмных провалах между камней, пошаркает о глыбу пучок жёстких, как проволока, засохших стеблей. И снова ни звука.

Камни в морщинах, трещинах, лунках. Это приметы работы жары и мороза, ветра и ливня. Но есть и посвежее следы: на многих глыбах свежие сколы и выщерблины, светлые царапины-борозды. Камни двигались! Не такое уж это, выходит, мёртвое и неподвижное царство, каким оно хочет казаться.

Так и есть! Вслушайтесь — камни шепчутся! Всё время вокруг что-то постукивает, поскрипывает, покряхтывает и вздыхает. Камни шевелятся! Наклоняются, ссовываются, сползают и падают. Курум — каменная река — всё время течёт. Исподволь, медленно, чуть заметно, но непрерывно.

Ну да: над облаками ведь летом дни жаркие, а ночи холодные. Глыбы то расширяются, увеличиваются от нагрева, то сжимаются, уменьшаются от мороза. Днём и ночью то сами толкают и сдвигают соседей, то соседи спихивают и опрокидывают их. Скрежещут, сдвигаясь, огромные глыбы, шуршит текучий песок. Поскрипывает плитняк, цокает гравий, глухо стучат, переваливаясь, обломки.

Тревожно и неуютно от этого непрестанного шевеления и шёпота каменных глыб. Словно камни сговариваются и к чему-то готовятся. Так перед сильной грозой приглушённо рокочет в отдалении гром…

Ураган обрушивается всегда неожиданно. Каменный ураган!

Дрогнет земля, выплеснется из ущелья волна ветра. Гул и пыль поплывут и заклубятся над склоном. Глыбы камней, прыгая и сшибаясь, обрушатся вниз, как обезумевшее стадо горных козлов. Грохочущий каменный водопад!

С нарастающим рёвом катятся, кувыркаясь, большущие глыбищи — «чемоданы». Грохнув с разгона в боковую скалу, они взрываются и разлетаются в брызги. Плоские плиты то катятся колесом на ребре, перескакивая, как бегуны, через все препятствия, то ковыляют, переваливаясь и роя землю. Или скользят плашмя, бороздя и уродуя склон.

Дерево — в щепы, кусты — в лохмотья, бугор — в клочья!

Ущелье гудит, и клубы жёлтой пыли скрывают склоны. Но и в пыли, как сквозь густой жёлтый туман, видны грозные тени прыгающих глыб и камней.

От непрерывного грохотания глыб и тонкого — до визга! — свиста летящих мелких камней всё невольно замирает внутри и голова вжимается в плечи.

Ураган отбушевал так же внезапно, как и начался. Но, как после всякого урагана, горы долго не могли успокоиться, Замирало в соседних ущельях эхо грохота, клубилась над осыпью лёгкая летучая пыль. Однако то камень, то целая глыба вдруг оживали снова, катились или сползал и, пиная и расталкивая соседей. Пласты снега почернели от пыли. Одежда стала седой, и на зубах скрипел песок…

А как здорово камнепад видится ночью! Особенно издалека, лучше всего с противоположного склона.

В непроглядной темноте вдруг начинают вспыхивать и искриться огни, словно зажгли там гигантскую свечу бенгальского огня! Значит, запрыгали вниз по осыпи камни, высекая яркие звёзды. Звёздный Млечный Путь с неба на землю!

И уж потом, когда склон отыскрит и погаснет, долетит издали дробный гул сорвавшихся камней. И пахнёт в лицо сухой пылью.

А бывает, каменные ураганы начинают гореть и грохотать так близко, что земля дрожит и дёргается под ногами. И снова всё внутри замирает, и голова вжимается в плечи.

 







 

РЕКЛАМА

 

Загрузка...

Разработано jtemplate модули Joomla