Финист - Ясный Сокол

 

—Не горюй, —говорит он, —а садись на меня и не оглядывайся.

Села Марьюшка на серого волка, и только ее и видели. Впереди степи широкие, луга бархатные, реки медовые, берега кисельные, горы в облака упираются. А Марьюшка скачет и скачет. И вот перед Марьюшкой хрустальный терем. Крыльцо резное, оконца узорчатые, а в оконце царица глядит.

—Ну, —говорит волк, —слезай, Марьюшка, иди и нанимайся в прислуги.

Слезла Марьюшка, узелок взяла, поблагодарила волка и пошла к хрустальному дворцу. Поклонилась Марьюшка царице и говорит:

—Не знаю, как вас звать, как величать, а не нужна ли вам будет работница?

Отвечает царица:

—Давно я ищу работницу, но такую, которая могла бы прясть, ткать, вышивать.

—Все это я могу делать.

—Тогда проходи и садись за работу.

И стала Марьюшка работницей. День работает, а наступит ночь —возьмет Марьюшка серебряное блюдечко и золотое яичко и скажет:

—Катись, катись, золотое яичко, по серебряному блюдечку, покажи мне моего милого.

Покатится яичко по серебряному блюдечку, и предстанет Финист —ясный сокол. Смотрит на него Марьюшка и слезами заливается:

—Финист мой, Финист —ясный сокол, зачем ты меня оставил одну, горькую, о тебе плакать!

Подслушала царица ее слова и говорит:

—Продай ты мне, Марьюшка, серебряное блюдечко и золотое яичко.

—Нет, —говорит Марьюшка, —они непродажные. Могу я тебе их отдать, если позволишь на Финиста —ясна сокола поглядеть.

Подумала царица, подумала.

—Ладно, —говорит, —так и быть. Ночью, как он уснет, я тебе его покажу.

Наступила ночь, и идет Марьюшка в спальню к Финисту —ясну соколу. Видит она —спит ее сердечный друг сном непробудным. Смотрит Марьюшка —не насмотрится, целует в уста сахарные, прижимает к груди белой, —спит, не пробудится сердечный друг.

Наступило утро, а Марьюшка не добудилась милого...

Целый день работала Марьюшка, а вечером взяла серебряные пяльцы да золотую иголочку. Сидит вышивает, сама приговаривает:

—Вышивайся, вышивайся, узор, для Финиста —ясна сокола. Было бы чем ему по утрам вытираться.

Подслушала царица и говорит:

—Продай, Марьюшка, серебряные пяльцы, золотую иголочку.

—Я не продам, —говорит Марьюшка, —а так отдам, разреши только с Финистом —ясным соколом свидеться.

Подумала та, подумала.

—Ладно, —говорит, —так и быть, приходи ночью.

Наступает ночь. Входит Марьюшка в спаленку к Финисту —ясну соколу, а тот спит сном непробудным.

—Финист ты мой, ясный сокол, встань, пробудись!

Спит Финист —ясный сокол крепким сном. Будила его Марьюшка —не добудилась.

Наступает день.

Сидит Марьюшка за работой, берет в руки серебряное донце, золотое веретенце. А царица увидала:

—Продай да продай!

—Продать не продам, а могу и так отдать, если позволишь с Финистом —ясным соколом хоть часок побыть.

—Ладно, —говорит та.

А сама думает: «Все равно не разбудит».

Настала ночь. Входит Марьюшка в спальню к Финисту —ясну соколу, а тот спит сном непробудным.

—Финист ты мой, ясный сокол, встань, пробудись!

Спит Финист, не просыпается.

Будила, будила —никак не может добудиться, а рассвет близко.

Заплакала Марьюшка:

—Любезный ты мой Финист —ясный сокол, встань, пробудись, на Марьюшку свою погляди, к сердцу своему ее прижми!

Упала Марьюшкина слеза на голое плечо Финиста —ясна сокола и обожгла. Очнулся Финист —ясный сокол, осмотрелся и видит Марьюшку. Обнял ее, поцеловал:

—Неужели это ты, Марьюшка! Трое башмаков железных износила, трое посохов железных изломала, трое колпаков железных поистрепала и меня нашла? Поедем же теперь на родину.

Стали они домой собираться, а царица увидела и приказала в трубы трубить, об измене своего мужа оповестить.

Собрались князья да купцы, стали совет держать, как Финиста —ясна сокола наказать.

Тогда Финист —ясный сокол говорит:

—Которая, по-вашему, настоящая жена: та ли, что крепко любит, или та, что продает да обманывает?

Согласились все, что жена Финиста —ясна сокола —Марьюшка.

И стали они жить-поживать да добра наживать. Поехали в свое государство, пир собрали, в трубы затрубили, в пушки запалили, и был пир такой, что и теперь помнят.

 









Загрузка...
Рейтинг@Mail.ru