фото
фон

Последняя надежда менвитов


Генерал мрачно взглянул в зеркало, и сразу замерли его бесшумные размеренные шаги. Подойдя к креслу, он грузно сел в него, словно, кроме тяжести тела, с ним вместе опустились и его заботы. Еще никогда за все пребывание на Беллиоре он не ощущал их так отчетливо. Неудачи последних дней сдавили его плечи и грудь, но сильнее всего от них болела голова.

«Что же делать? Что происходит? — размышлял Главный менвит. — Воздушный налет на Изумрудный город закончился полным провалом. Кто знает, может, пока мы на Рамерии создавали технику, беллиорцы открывали недоступные нам тайны природы? Почему гигантские орлы напали на вертолеты? Уж не люди ли Гудвинии их научили? А набег грызунов — случайность или дерзкая вылазка? И почему атакующие людишки оставляют после себя щепки? По всему видно: беллиорцы догадались, что мы хотим их покорить. Что ж, силой не удалось, возьмем хитростью. И вот здесь нам поможет говорильная машина. С ней не будет осечки».

Генерал взял со стола серебряный колокольчик и нетерпеливо затряс им. Тотчас открылась дверь, на пороге кабинета появился Ильсор.

— Ильсор, все ли готово для опытов? — спросил Баан-Ну.

— Машина в полной готовности, полковник Мон-Со доставил двух землян в Ваше распоряжение. Препятствий для опытов нет, мой генерал.

Доклад успокоил Баан-Ну. Уж больше он не попадет в плен к событиям, он подчинит их своей воле.

— Испытания назначаю немедленно. Кроме Кау-Рука, Мон-Со и тебя никто не должен присутствовать, — приказал Баан-Ну.

Участники самого важного сейчас для менвитов опыта собрались во главе с генералом в Синем домике.

— Начнем с Ментахо, — предложил Баан-Ну.

Ментахо и Эльвина, почувствовавшие, что в Синем домике готовится что-то необыкновенное, присели на стульях у самой двери. Они думали, что их немедля отошлют за грибами. Вместо этого Баан-Ну поприветствовал ткача нежданным возгласом:

— Привет тебе, высокопочтенный беллиорец!

«Пойди пойми этих генералов», — подумал Ментахо и тут же выпалил на менвитском языке:

— И тебе привет, мой повелитель.

Баан-Ну чуть нахмурился, бросив короткий взгляд на Кау-Рука.

— Немного переусердствовал Ментахо. «Повелитель» — еще рановато, — посчитал он. И, пристально глядя в лицо ткачу, приказал без лишних предисловий: — Ну-ка придвинь ко мне свой стул, а сам отойди к говорильной машине и там стой.

Ментахо, который сидел, уставившись себе на ноги, он так всегда делал, разговаривая с Баан-Ну, не понял, кому адресованы последние слова, и не проявил ни малейшего интереса, чтобы выяснить.

— Расскажи без утайки, Ментахо, что тебя волнует, — вопрошал генерал, сверля глазами лицо ткача, но не находя его плутоватых глаз.

— Да что там волнует, — сказал Ментахо и озадаченно почесал затылок. — Ничего не волнует, Вот разве скучновато у вас, нам с Эльвиной поговорить не с кем, кроме какого-то ящика, — ткач кивнул в сторону говорильной машины.

«С этим толку не будет, — понял Баан-Ну. Он не только выучил наш язык, но и разобрался, для чего понадобился нам. Тем хуже для него, мы его навсегда изолируем от жителей Гудвинии».

— Однако мы увлеклись беседой, — снова заговорил генерал. — Отдохни, Ментахо. Сходи с Эльвиной за грибами.

Ткач с женой ушли, прихватив корзинку.

— Давайте свеженьких, — сказал Баан-Ну. Часовые ввели в комнату одного из Жевунов. Он с любопытством осмотрелся вокруг и принялся изучать ордена, украшавшие Главного менвита.

— Привет тебе, достойный сын Земли, — приветливо произнес генерал, подняв руку над головой. Раздался щелчок, мигнула лампочка, и говорильная машина отчеканила слова генерала его же голосом, но на языке жителей Волшебной страны,

Жевун широко улыбнулся, сложил свои руки, изображая рукопожатие, и произнес:

— И тебе мой поклон, добрый человек.

Машина тут же выдала перевод голосом Жевуна. Всматриваясь в глаза беллиорца, генерал сразу подал команду;

— Заговори с Ильсором.

Жевун, услышав перевод, растерянно захлопал глазами.

— От чего я должен заговорить Ильсора? — спросил он.

Машина снова перевела, настал черед удивляться Баан-Ну.

 






РЕКЛАМА

ActionTeaser.ru - тизерная реклама