Глава последняя

очень длинная, в которой описывается, как Снусмумрик отправился странствовать и как стало известно Содержимое чемодана, как Муми-мама получила обратно свою сумку и на радостях закатила пир горой и, наконец, как в Муми-дол явился Волшебник

Стоял конец августа. Кричали по ночам совы, и летучие мыши большими черными стаями беззвучно кружили над садом. Лес был полон запаха гари, море неспокойно ворчало. Вся природа дышала грустью и ожиданием, луна стала огромная и яркая. Муми-тролль, сам не зная почему, всегда особенно любил эти последние летние недели.

Голос ветра и моря звучал теперь иначе, воздух был полон предчувствием перемен, деревья словно чего-то ждали.

«Уж не готовится ли что-то необыкновенное? — думал Муми-тролль. Он давно уже проснулся и лежал просто так, глядя в потолок. — Похоже, еще совсем рано и день будет солнечный», — продолжал размышлять он.

Тут он повернул голову и увидел, что кровать Снусмумрика пуста.

В ту же минуту под окошком послышался тайный сигнал — один длинный свисток и два коротких, что означало: какие у тебя планы на сегодня?

Муми-тролль вскочил с постели и выглянул в окошко. Сад еще лежал в тени, было прохладно. Под окном стоял Снусмумрик и ждал.

— Пи-хо! — произнес Муми-тролль тихонько, чтобы никого не разбудить, и спустился вниз по веревочной лестнице.

— Привет, — сказал он.

— Привет, привет, — отозвался Снусмумрик.

Они сошли к реке и уселись на перила моста.

— Ты спрашиваешь о планах? — сказал Муми-тролль. — У тебя у самого-то есть какой-нибудь план?

— Да, — ответил Снусмумрик. — У меня есть план. Из тех, что предназначаются только для одного. Ну ты понимаешь.

Муми-тролль посмотрел на него долгим взглядом и сказал:

— Ты хочешь уйти.

Снусмумрик кивнул.

Они сидели и молча болтали ногами над речкой. Она не останавливаясь бежала от них все дальше и дальше, к незнакомым местам, куда неодолимо тянуло Снусмумрика и куда он хотел отправиться совсем один.

— Когда ты уходишь? — спросил Муми-тролль.

— Прямо сейчас! — сказал Снусмумрик, соскочил с перил и потянул носом утренний воздух. Хороший денек для путешествия. Гребень горы алел в лучах солнца, и дорога, извиваясь, взбиралась на него и исчезала за перевалом. Там новая долина, а за ней новая гора…

— Ну что ж, — сказал Муми-тролль. — До свиданья.

— До свиданья, — сказал Снусмумрик.

Муми-тролль стоял на мосту и смотрел, как Снусмумрик становился все меньше и меньше и наконец совсем затерялся среди серебристых тополей и сливовых деревьев. Затем побрел к дому через мокрый от росы сад.

На крыльце он увидел Тофслу и Вифслу. Они сидели рядышком, греясь на солнце.

— С добрым утрслом, — сказал Тофсла.

— С добрым утром, — ответил Муми-тролль; он уже научился понимать их язык (хотя говорил на нем еще с трудом).

— Ты ревелсла? — спросил Вифсла.

— А! — только и ответил Муми-тролль. — Снусмумрик ушел.

— Как жальсла! — сочувственно отозвался Тофсла. — Можсла, ты немножсла развеселисла, если чмоксла Тофслу в нослу.

Муми-тролль чмокнул Тофслу в нос, но веселее ему не стало.

Тогда Тофсла и Вифсла уткнулись друг в дружку лбами и о чем-то пошушукались. Затем Вифсла торжественно произнес:

— Мы решисла показатьсла тебе Содержисла.

— Чемодана? — спросил Муми-тролль.

Тофсла и Вифсла с жаром закивали головами.

— Пойдемсла-пойдемсла, — сказали они и нырнули под живую изгородь.

Муми-тролль прополз за ними в середину очень густого куста и оказался в потайном местечке Тофслы и Вифслы. Земля здесь была устлана пухом, света почти не было. На рогожной подстилке стоял чемодан.

— Это подстилка фрекен Снорк, — сказал Муми-тролль. — Она искала ее вчера.

— Ну дасла, — сказал Вифсла. — Онасла не знасла, что мы ее нашлисла!

— Гм! — произнес Муми-тролль. — Так вы хотели показать мне, что в чемодане?

Тофсла и Вифсла радостно закивали, стали по обе стороны чемодана, с серьезным видом просчитали: «Разсла! Двасла! Трисла!» — и быстро отщелкнули замок.

— Это надо же! — вырвалось у Муми-тролля.

Комнатка-тайник озарилась мягким красным светом. Перед ним лежал рубин величиной с голову пантеры, рдеющий, как закат, живой, как огонь и мерцанье водяных зыбей.

— Нравитсла? — спросил Тофсла.

— Да, — чуть слышно ответил Муми-тролль.

— Большсла не будешь реветьсла? — спросил Вифсла.

Муми-тролль только покачал головой.

Рубин был изменчив, как море. Он был то сплошной свет, и розовый отблеск реял над ним — совсем как над заснеженной вершиной при восходе солнца, то вдруг метал из своей глубины темно-красный пламень. А то вдруг делался как черный тюльпан с лучиками-тычинками.









Загрузка...
Рейтинг@Mail.ru