Пятая глава

Туман

Собственно говоря, мама ничего такого не сказала, и меньше всего она хотела обидеть папу.

Однако он обиделся. Он даже не помнил, что точно она сказала. В общем, папе стало ясно, что рыбы семье уже хватит.

Сначала она не выразила восторга по поводу щуки. Весов у них не было, но и без них было ясно, что щука тянет кило на три с лишним, во всяком случае на два. Когда с замиранием сердца вытягиваешь одного окуня за другим, пытаясь прокормить семью, и вдруг попадается щука, то это уже событие.

И вообще вся эта история с рыбой!

Мама сидела и, как всегда, рисовала на подоконнике. Весь подоконник был разрисован цветами. И вдруг она сказала так, между прочим, что не знает, куда девать рыбу, которую ловит папа. И еще, что у них нет больше банок, не в чем ее солить. Мол, хорошо бы поесть овсяной каши для разнообразия. Что-то в этом роде.

Папа повесил спиннинг на гвоздь и вышел прогуляться. Он обошел остров по берегу, но на Рыбачий мыс не пошел.

День был сумрачный, тихий. Восточный ветер чуть рябил поверхность воды, она была одного цвета с небом и казалась шелковой. Совсем низко над водой быстро летели гаги, видно, они торопились по своим делам. Потом все снова замерло. Папа ступил одной лапой на камень, другой — в воду, хвост окунулся в море, шляпа Смотрителя маяка съехала ему на глаза. Он подумал, что скоро начнется шторм. Придется бегать, спасать вещи и следить, чтобы семья не утонула. Нужно подняться на башню и определить силу ветра… спуститься и сказать: «Тринадцать метров в секунду, не беспокойтесь. Причин для волнения нет…»

Малышка Мю ловила колюшку в лужицах.

— Почему ты не ловишь рыбу? — спросила она.

— Я бросил это занятие, — ответил папа.

— И, поди, рад этому, — заметила малышка Мю, — однообразие надоедает.

— Надо же, и правда! — воскликнул папа. — И как только я сам этого не заметил! В самом деле это мне порядком надоело.

Он пошел, уселся в каморке Смотрителя маяка и подумал: «Я сделаю что-нибудь другое, что-нибудь новое. Неслыханное».

Но папа сам не знал, чего он хочет. Он был растерян. Как в тот раз, когда дочка Гафсы выдернула ковер у него из-под лап. Или когда плюхнешься на пол мимо стула. Ах, нет, скорее, когда чувствуешь себя обманутым.

Папа сидел и смотрел на серое шелковое море, которое не хотело превращаться в штормовое, и чувство, что его обманули, становилось все сильнее и сильнее. «Ну, погоди же! — бормотал он про себя. — Я разберусь с тобой!..»

Кого он имел в виду: море или остров — он и сам не знал. Может, он имел в виду маяк или Смотрителя маяка. Во всяком случае в голосе папы звучала угроза. Он тряхнул головой и в полной растерянности пошел к Черному Оку. Там он сел и углубился в раздумья, подперев мордочку лапами. Время от времени легкая волна перекатывалась через порог и уходила назад в блестящее водяное зеркало.

«Вокруг этого острова столетия бушевали шторма, — думал папа. — Сюда, в Черное Око, заплывали пробковые поплавки, обломки коры, их забрасывали волны через мыс и снова вымывали их отсюда, и так было всегда… Но в один прекрасный день…» Папа поднял мордочку — важная и странная мысль промелькнула у него в голове.

Подумать только, а вдруг в один прекрасный день по дну моря прокатилось что-то очень тяжелое, море вышвырнуло его, и оно затонуло здесь, осталось здесь навсегда?

Папа встал. Сундук с сокровищами? Скелет морского разбойника? Какая разница!

Важно, что Черное Око набито невероятными вещами!

Папа страшно обрадовался. Дремавшая энергия проснулась, зашевелилась, буквально заползла под кожу. Казалось, будто стальные пружины раскрутились у него в животе и заставили его действовать. Он помчался домой, одним махом взлетел по лестнице, хлопнул дверью и закричал:

— Послушай-ка! У меня идея!

— Да что ты говоришь? — воскликнула Муми-мама, стоя у плиты. — И большая?

— Большая. Огромная. Садись, сейчас я тебе расскажу.

Мама села на один из пустых ящиков, и папа начал рассказывать о том, что он задумал. Когда он закончил свой рассказ, мама сказала:

— Это невероятно! Такое может прийти в голову только тебе. Там может оказаться все, что угодно!

— Именно так, — подтвердил папа. — Все, что угодно.

Они поглядели друг на друга и засмеялись. Потом мама спросила:

— Когда ты начнешь искать?

— Ясное дело, сразу же. Я хорошо протралю дно. Но сначала измерю лотом глубину. Мы должны попытаться перетащить туда лодку. Понимаешь, если я потяну ее вверх по камням, она может оторваться и съехать обратно. А мне необходимо попасть на самую середину, там, разумеется, лежит самое интересное.

— Можно я помогу тебе? — спросила мама.

— Не-е-е-т, это моя работа. Сейчас я достану канат для лота…

Папа вскарабкался по железной лестнице, прошел по маяку, не обратив никакого внимания на лампу, и полез выше на темный чердак. Чуть погодя он спустился с канатом в лапах и спросил:

— А где у нас лот?

Мама бросилась к плите и дала ему утюг.

— Спасибо, — сказал папа и выскочил из дома.

Мама слышала, как он бежал по винтовой лестнице, перепрыгивая через две ступеньки.

Потом снова наступила тишина.

Мама села за стол и засмеялась.

— Как прекрасно! До чего же прекрасно, Морра меня задери!

Она быстро огляделась вокруг, но поблизости, конечно, не было никого, кто мог бы услышать, как грубо мама выразилась.









Загрузка...
Рейтинг@Mail.ru