фото
фон

Воротника перекормили


Муфта и Полботинка были так измучены хлопотами предыдущего дня, что проснулись, лишь когда часы на старинной ратуше пробили двенадцать. После такого богатырского сна оба чувствовали себя бодро.

– За дело! – воскликнул Полботинка.

– За дело! – словно эхо отозвался Муфта. Через несколько минут они спустились в гостиничный буфет, где наскоро позавтракали.

– А теперь – искать Моховую Бороду! – заявил Муфта. Но Полботинка многозначительно поднял палец:

– Дорогой друг, нельзя забывать: во дворе тебя ожидает живое существо. И если я не ошибаюсь, то это живое существо не кто иной, как маленький славный пёсик, который тоже не прочь перекусить.

– Ну конечно, – смущённо пробормотал Муфта. – И как я только мог позабыть о нём. Видно, старею, слабеет память.

Полботинка фыркнул.

– Не говори глупостей, – сказал он. – У тебя ни одного седого волоса. Просто ты ещё не привык к обязанностям, связанным с содержанием собаки.

– Ты думаешь? – неуверенно спросил Муфта.

– Ну конечно! – поспешил уверить Полботинка. – Тот, кто однажды решил взять собаку, больше уже не принадлежит только себе. В той же, а может быть даже и в большей, мере он принадлежит своей собаке.

Муфта молча и даже немного печально принял эту истину к сведению. Значит, он теперь принадлежит себе не полностью? Как же это вдруг? На какой-то миг он даже растерялся, но тут ему вспомнился вчерашний вечер, и растерянность исчезла. Вечером, перед тем как ложиться спать, он отвёл Воротника в гостиничный двор, в собачью конуру. Когда он уходил, пёс так грустно и ласково смотрел на него, так жалобно и в то же время преданно заскулил, что Муфта вдруг почувствовал, как дорога стала ему эта собака. Сейчас это чувство охватило его снова и моментально разогнало минутную растерянность. Теперь он не имел ничего против того, чтобы полностью принадлежать милому Воротничку.

Муфта решительно подошёл к буфетной стойке.

– Будьте добры, килограмм ветчины и килограмм холодца, – обратился он к буфетчице.

– Так много? – улыбнулась буфетчица. – Такому маленькому человеку?

Муфта нахмурил брови.

– Я покупаю не для себя, – пробурчал он. – У меня есть собака, для неё я и покупаю.

Буфетчицу, видимо, удовлетворило объяснение, и она отвесила ему ветчины. Тем временем к Муфте подошёл Полботинка.

– Я должен тебя серьёзно предупредить, дорогой Муфта, – сказал он, укоризненно погрозив пальцем. – Это, конечно, прекрасно, что ты хочешь хорошенько позаботиться о своей собаке, однако заботиться – это не значит перекармливать. Ветчиной и холодцом ты можешь с самого начала избаловать Воротника и навсегда его испортишь.

– Да, конечно, – рассеянно пробормотал Муфта. Но прежде чем он успел что-либо добавить, буфетчица, взвешивая ветчину, спросила:

– Можно немного больше?

Муфта кивнул.

– Да, да, пожалуйста, – сказал он. – Хорошо, пусть будет побольше.

Тут Полботинка понял: говорить с Муфтой о перекармливании собак не имеет смысла. Любовь к собаке вспыхнула в Муфтином сердце с такой силой, что ввести её в границы разумного было совершенно невозможно.

«Ничего не поделаешь, – подумал Полботинка. – Пусть балует своего Воротника, если ему так хочется. Воротнику это, конечно, не пойдёт на пользу, но, может, самому Муфте это доставит такую радость, которой ему, Полботинку, и не понять. Быть может, балуя собаку, Муфта станет ещё лучше».

Тем временем буфетчица завернула ветчину в бумагу и принялась отвешивать холодец.

– Хороший холодец, – приговаривала она. – И совершенно свежий, только сегодня привезли. Кстати, у меня тоже есть собака, фокстерьер, знаете ли. А какой породы ваша собачка, если не секрет?

Какой породы может быть Воротник? Муфта этого не знал и потому промолчал. Но Полботинка тут же ответил за него:

– Это накстерьер, достаточно редкая порода.

– Ах, накстерьер, – с уважением закивала буфетчица. – Тогда ей подойдёт холодец, он очень легко усваивается.

– В таком случае и холодца можно побольше, – быстро сказал Муфта.

И буфетчица снова закивала.

– Совершенно верно, – одобрила она. – Возьмёте два кило, не так ли?

– Пожалуйста, – сказал Муфта, не заметив, как сокрушённо вздохнул Полботинка.

Буфетчица завернула в бумагу холодец, и Муфта сунул под мышку оба пакета. Он побежал по коридору к своему дорогому Воротнику и развил такую высокую скорость, что Полботинка едва поспевал за ним.

Ожидая лифт, обычно такой уравновешенный Муфта выражал поразительное нетерпение.

– Невозможная, – сердито пыхтел он. – Невозможная гостиница. Никакого порядка. Лифты тащатся еле-еле.

– Ну, не стоит так волноваться, – попытался успокоить Муфту Полботинка. – Минутой раньше, минутой позже. За эту минуту Воротник ведь не сдохнет от голода.

– Ах, значит, не сдохнет? – вскипел Муфта. – Скоро сам увидишь!






РЕКЛАМА

ActionTeaser.ru - тизерная реклама